Старый 10.03.2010, 11:34   #1
Вольный_Волк
Администратор
 
Аватар для Вольный_Волк
 
Регистрация: 15.12.2009
Адрес: Россия
Сообщений: 265
Спасибо: 9
Вольный_Волк помогает людям
Отправить сообщение для Вольный_Волк с помощью ICQ
File Сага об Эгиле. XXXI

Жил человек по имени Олав. Отцом его был Хескульд, сын Колля из Долин, а матерью Мелькорка, дочь ирландского короля Мюркьяртаца. Олав жил в Хьярдархольте (Стадный Холм), в долине Лаксдаль (Лососья Долина) на Брейдафьорде. Олав был очень богат и красив собой. Это был очень достойный человек. Олав посватался за Торгерд, дочь Эгиля. Торгерд была девушка красивая, рослая, умная и очень гордая, но всегда спокойная и покладистая. Эгиль хорошо знал, кто такой Олав, и понимал, что он достойный жених. Поэтому Торгерд выдали замуж за Олава. Она поехала с ним в Хьярдархольт. Их детей звали Кьяртан, Торберг, Халльдор, Стейпдор, Турид, Торбьёрг, Бергтора. Берг-тора была женою годи Торхалля, сына Одди. Торбьёрг была сначала женой Асгейра, сына Кнётта, потом - Вермунда, сына Тор-грима. Турид была замужем за Гудмундом, сыном Сёльмунда, и у них были сыновья Халль и Барди Убийца. Оцур, сын Эйвинда, брат Тородда из Эльфуса, получил в жены дочь Эгиля, Беру.

Бёдвар, сын Эгиля, был тогда в расцвете юности. Это был многообещающий юноша, красивый собою, рослый и сильный, такой, каким были в его годы и Эгиль, и Торольв. Эгиль очень любил его, и Бёдвар тоже был очень привязан к нему. Однажды летом в реку Хвиту вошел корабль, и там был большой торг. Эгиль купил там много лесу и велел отвезти его на корабле домой. Его люди отплыли на корабле с восемью скамьями для гребцов, который был у Эгиля.

Случилось так, что Бёдвар попросил их взять и его с собой, и они согласились. Так он поплыл с ними к устью реки Хвиты. Их было шестеро на судне с восемью скамьями для гребцов. Они собрались плыть домой, по им мешал вечерний прилив, и так как им пришлось пережидать его, они отправились только поздно вечером. Тут поднялся очень сильный юго-западный ветер, а отливное течение шло ему навстречу. Вода бурлила во фьорде, как это часто бывает там. В конце концов корабль затонул, и все они погибли.

На другой день волны прибили их тела к берегу, и тело Бёдвара оказалось у мыса Эйнарснес (Мыс Эйнара). Другие тела отнесло на юг фьорда, и туда же прибило корабль. Его нашли у скалы Рейкьярхамар (Скала Дымы).

Эгиль узнал о случившемся в тот же день и сразу поехал разыскивать тело сына. Он нашел его на берегу. Эгиль поднял его, положил перед собой и так поехал на мыс Дигрансс к могильному холму Скаллагрима. Он велел раскопать холм и положил Бёдвара рядом со Скаллагримом. После этого холм был опять засыпан, по не раньше, чем день склонился к вечеру.

Потом Эгиль уехал домой, в Борг. И когда он вернулся, то пошел сразу в каморку, где он обычно спал. Он лег и задвинул засов. Никто не смел заговорить с ним. Еще рассказывают, что когда Бёдвара хоронили, Эгиль был одет так: чулки плотно облегали его ноги, па нем была красная матерчатая одежда, узкая в верхней части и зашнурованная сбоку. И люди рассказывают, что он так глубоко вздохнул, что одежда на нем лопнула и чулки тоже.

Эгиль не отпер двери своей каморки и па другой день и не принимал ни еды, ни питья. Так пролежал он весь день и следующую ночь. Никто не смел заговорить с ним.

А на третье утро, когда рассвело, Асгерд велела одному человеку сесть на коня - тот помчался во весь опор па запад, в Хьярдархольт, - и рассказать обо всем, что случилось, Торгерд. Было после полудня, когда он приехал туда. Посланный сказал также, что Асгерд просит ее как можно скорее приехать в Борг.

Торгерд велела сразу же седлать коня, и с ней поехали двое человек. Они скакали весь вечер и всю ночь, пока не прибыли в Борг. Торгерд сразу вошла в дом. Асгерд поздоровалась с ней и спросила, ужинала ли она. Торгерд громко ответила:

- Я не ужинала и не буду ужинать, пока не попаду к Фрейе. Я намерена последовать примеру моего отца, я не хочу пережить его и брата.

Она подошла к спальной каморке и крикнула:

- Отец, отопри! Я хочу, чтоб мы оба отправились одним путем.

Эгиль отодвинул засов. Тогда Торгерд вошла и задвинула засов снова. Она легла на другое ложе, которое там было. Тогда

Эгиль сказал:

- Это хорошо, дочь, что ты хочешь последовать за отцом. Большую любовь выказала ты мне. Что за смысл жить мне дольше с таким горем?

Они молчали некоторое время. Потом Эгиль спросил:

- Что это, дочка? Ты что-то жуешь?

- Я жую водоросль, - сказала она, - потому что, думаю, мне станет хуже от нее. Иначе, боюсь, я проживу слишком долго.

- А разве она вредна? - спросил Эгиль.

- Да, очень, - отвечала она. - Хочешь попробовать?

- Что ж! - сказал Эгиль.

Спустя некоторое время она крикнула, чтобы ей принесли пить. Ей принесли воды. Тогда Эгиль сказал:

- Это всегда так. Когда поешь водоросли, хочется пить без конца.

- Хочешь попить, отец? - спрашивает Торгерд.

Он взял рог с питьем и сделал большой глоток. Торгерд сказала:

- Нас обманули, это молоко.

Тогда Эгиль впился зубами в рог, откусил кусок и бросил рог на землю. А Торгерд сказала:

- Что ж нам теперь делать? Наш замысел расстроился. Я все же хотела бы, отец, продлить нашу жизнь, чтобы ты мог сочинить поминальную песнь Бёдвару. А я бы вырезала ее рунами* на дереве. А потом давай умрем, если нам покажется, что так надо. Твой сын Торстейн вряд ли сочинит поминальную песнь Бёдвару, а ведь не подобает оставлять его без посмертной почести, потому что я думаю, что из нас двоих ни один не будет сидеть на его тризне.

Эгиль сказал, что и в самом деле едва ли можно надеяться на то, что Торстейн сумеет сочинить песнь Бёдвару, даже если попытается.

- Так что я попробую сам, - добавил он.

У Эгиля был еще один сын, Гуннар, и он тоже недавно умер.

Вот начало песни:

Тягостно мне
Неволить язык -
Песню слагать.
Одина мед
Мне не дается.
Трудно слова
Из горла
Исторгнуть.

Чем далее сочинял, тем более креп Эгиль, и когда песнь была окончена, он исполнил ее Асгерд, Торгерд и своим домочадцам. Он встал со своего ложа и сел на почетное сиденье. Эту песнь он назвал "Утрата сыновей". Потом Эгиль велел справить тризну по своим сыновьям по старому обычаю, а когда Торгерд уезжала домой, он богато одарил ее на дорогу.

Эгиль долго жил в Борге и состарился там, но не слышно, чтобы он вел какие-либо тяжбы с кем-либо здесь в стране. Не слышно также, чтобы у него были поединки или битвы с тех пор, как он навсегда поселился в Исландии. Люди говорят, что после событий, о которых было рассказано, он не покидал Исландии. Эгиль не мог жить в Норвегии из-за враждебности конунгов, о которой уже говорилось. Он жил широко, потому что имел немало добра. И он был весел и бодр духом.

Конунг Хакон, воспитанник Адальстейна, долго правил Норвегией, но к концу его жизни в Норвегию пришли сыновья Эй-рика и воевали с конунгом Хаконом за власть. Однако Хакон из всех битв выходил победителем. Их последняя битва была у Фитьяра на острове Сторд в Хёрдаланде. Конунг Хакон победил, но был ранен насмерть. Тогда в Норвегии стали править сыновья Эйрика.

Херсир Аринбьёрн был при Харальде, сыне Эйрика. Он стал его советником, и Харальд осыпал его почестями. Аринбьёрн был его военачальником и ведал защитой страны. Аринбьерн был могучий и привычный к победам воин. Он получил в управление фюльк Фирдир.

Эгиль, сын Скаллагрима, узнал о том, что в Норвегии стал править новый конунг, а также то, что Аринбьёрн вернулся в свои владения в Норвегии и был в большой чести у конунга. Тогда Эгиль сложил в его честь хвалебную песнь. Эта песнь начинается так:

Песню вождю
Быстро сложил,
Но о скупцах
Петь не хочу.
Вольно пою
Славу вождю,
Где надо лгать -
Я молчалив.

Жил человек по имени Эйнар. Он был сыном Хельги, внуком Оттара, правнуком Бьёрна Норвежца, который занял землю в Брейдафьорде, и братом Освивра Мудрого. Уже в раннем возрасте он был рослым, сильным и во всем искусным человеком. С юности начал он слагать висы и был очень любознателен.

Однажды летом, на альтинге, Эйнар зашел в палатку Эгиля, сына Скаллагрима, и они стали беседовать. Вскоре у них зашла речь об искусстве скальдов, и оба остались довольны этой беседой. После этого Эйнар привык часто беседовать с Эгилем, и между ними возникла большая дружба. Эйнар недавно вернулся из поездки в чужие страны. Эгиль много расспрашивал его о событиях в Норвегии, а также о своих друзьях и тех, кто, как он думал, ему враг. Он много расспрашивал также о тех, кто теперь был в силе. А Эйнар расспрашивал Эгиля о его былых походах и о его подвигах. Такая беседа нравилась Эгилю, и он охотно рассказывал Эйнару о былом.

Эйнар спросил Эгиля, что было его самым большим подвигом, и просил его рассказать о нем. Тогда Эгиль сказал:

С восьмерыми дрался,
С дюжиною дважды.
Все убиты мною
Волку на добычу.
Бились мы упорно.
На удар ударом
Отвечал клинок мой,
Для щитов опасный.

Расставаясь, Эгиль и Эйнар обещали друг другу быть друзьями. Эйнар долго пробыл в чужих краях среди знатных людей. Он был щедр, но часто нуждался. Эйнар был человек храбрый и благородный, и хороший товарищ. Он был дружинником ярла Хакона, сына Сигурда.

В то время в Норвегии шла война. Ярл Хакоп воевал с сыновьями Эйрика: то ему, то им приходилось оставлять страну. Конунг Харальд, сын Эйрика, пал в битве у Хальса в Лимфьордс, на юге, в Дании. Его там предали. Ему пришлось биться с Харальдом, сыном Кнута, которого звали Золотой Харальд, и с ярлом Хаконом. Тогда пал в битве вместе с конунгом Харальдом и херсир Аринбьерн, о котором прежде шла речь. И когда Эгиль узнал о гибели Аринбьерна, он сказал:

Меньше стало ныне
Тех, кто блеском моря
Воинов дарили.
За морем едва ли
Щедрые найдутся,
Что мои ладони
Захотят наполнить
Белым снегом тигля.

Скальда Эйнара прозвали Звоном Весов. Он сложил хвалебную песнь в честь ярла Хакона, которая называется "Недостаток золота". Ярл очень долго не хотел слушать ее, так как гневался на Эйнара. Тогда Эйнар сказал:

Эту брагу Одина
Сделал я о конунге.
Он страною правит,
Спать другим позволив.
Верить не могу я,
Что не любит скальдов
Конунг. Я стремился
Здесь его увидеть.
А потом он сказал еще:
Я поеду к ярлу,
Что мечом усердно
Волчьи стаи кормит.
На корабль пойду я
К Сильвальди, что носит
Щит с узором круглым.
Ран змею сгибающий
Не прогонит скальда.

Ярл не захотел, чтобы Эйнар уехал, и поэтому выслушал песнь. В награду за песнь он дал Эйнару щит. Это было большое сокровище: на щите были рисунки из древних сказаний, а между рисунками - золотые блестки и драгоценные камни.

Эйнар поехал обратно в Исландию, в гости к своему брату Освивру. Но осенью он уехал оттуда, приехал в Борг и остался гостить там. Эгиля тогда не было дома. Он поехал недалеко на север, и дома ждали его. Эйнар ждал его три ночи. Тогда был обычай более трех ночей не гостить. Затем Эйнар собрался в дорогу, и когда он был готов, он подошел к месту Эгиля и укрепил над ним тот драгоценный щит, сказав домашним, что он дарит этот щит Эгилю. После этого он уехал, а в тот же день Эгиль вернулся домой. Когда он подошел к своему месту, то увидел щит и спросил, кому принадлежит это сокровище. Ему сказали, что приезжал Эйнар Звон Весов и подарил ему этот щит. Тогда Эгиль сказал:

- Ничтожнейший из людей! Он думает, что я просижу над щитом всю ночь и буду сочинять в честь него песнь! Дайте мне копя! Я догоню и убью его!

Эгилю сказали, что Эйнар уехал рано утром.

- Он должен быть уже на западе, в долинах Брейдафьорда. Тогда Эгиль сложил все же хвалебную песнь, и она начинается так:

Восхвалить хочу я
Щит - подарок добрый,
Славу коня морского.
Щедрый воин в дом мой
Слово прислал привета,
В песнях я искусен,
Пусть услышит каждый
Песню, что сложил я.

Эгиль и Эйнар остались друзьями на всю жизнь, а об этом щите рассказывают, что Эгиль взял его с собой, когда поехал на одну свадьбу па север, в Видимюр (Лозняковое Болото), вместе с Торкелем, сыном Гуннвальда, и сыновьями Бьёрна Красного - Тревилем и Хельги. Там щит испортился, упав в бочку с кислым молоком. Эгиль велел спять с него украшения, и в блестках оказалось двенадцать эйриров золота.










Когда Торстейн, сын Эгиля, подрос, он стал очень красивым. Волосы у него были светлые, а лицо белое. Он был высок и силен, но совсем не похож на своего отца. Торстейн был умным, мягким, умеренным и спокойным человеком. Эгиль не очень любил его, и Торстейн не был особенно привязан к отцу. Но Асгерд очень любила его, и он ее тоже. Эгиль стал теперь сильно стареть.

Однажды летом, когда Торстейн уехал на альтинг, Эгиль остался дома. Перед отъездом из дому Торстейн и Асгерд взяли из сундука Эгиля его шелковое одеяние, подарок Аринбьёрпа, и Торстейн поехал в нем на тинг. Оно волочилось по земле и испачкалось, когда первый раз шли к Скале Закона. Когда Торстейн вернулся домой, Асгсрд уложила одеяние туда, где оно лежало прежде. Много позднее Эгиль открыл свой сундук, увидел, что одеяние испорчено, и потребовал от Асгерд объяснения, как это случилось. Тогда она сказала ему правду. И Эгиль сказал:

Некому наследство
Мне теперь оставить.
Я поступок сына
Назову обманом.
Правящий конем морским
Подождал бы лучше,
Чтоб меня зарыли
В каменном кургане.

Торстейн женился на Йофрид, дочери Гуниара и внучке Хлива. Мать ее, Хельга, была дочерью Олава Фейлана и сестрою Торда Ревуна. Йофрид была сначала замужем за Тороддом, сыном Одда из Тунги (Междуречье). Вскоре умерла Асгсрд. После этого Эгиль покинул свой двор и оставил его Торстейну, а сам отправился на юг, в Мосфелль, к своему зятю Гриму, потому что из всех, кто был жив тогда, больше всех он любил Тордис, свою падчерицу.

Однажды в залив Лейруваг (Глинистый Залив) вошел корабль. Им управлял человек по имени Тормод. Он был норвежец и домочадец Торстсйна, сына Торы. Он привез с собой щит, который Торстейн послал Эгилю, сыну Скаллагрима. Щит этот был большой драгоценностью. Тормод передал щит Эгилю, и Эгиль с благодарностью принял его. Зимой Эгиль сложил хвалебную песнь, которая называется "Песнь о щите". Начинается она так:

Слушай, воин смелый,
Эту брагу Одина!
Пусть молчит дружина,
Внемля пенью скальда!
В Хердаланде часто
Будут слушать песнь,
Что сложил я искусно,
О могучий воин!

Торстейн, сын Эгиля, жил в Борге. У него было два внебрачных сына, Хривла и Храфн, а после женитьбы он имел от Йофрид десять детей. Из-за его дочери Хсльги Красавицы Гуннлауг Змеиный Язык бился со скальдом Храфном. Старшего из сыновей Торстейна звали Грим, второго - Скули, третьего - Торгейр, четвертого - Колльсвейн, пятого - Хьёрлейв, шестого - Халли, седьмого - Эгиль, восьмого - Торд. Его дочь звали Тора, па ней был женат Тормод, сын Клеппьярна. От детей Торстсйна пошел большой род, из которого вышло много видных людей. Всех, кто ведет свой род от Скаллагрима, называют людьми с Болот.
Вольный_Волк вне форума   Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Текущее время: 05:33. Часовой пояс GMT +4.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2017, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
Copyright ©2008 - 2017 Putimaga.com. All rights reserved.
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru