Главная Контакты В избранное
  • «    Июнь 2017    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     
    1
    2
    3
    4
    5
    6
    7
    8
    9
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
    23
    24
    25
    26
    27
    28
    29
    30
     

    Не забудьте подписаться на нас!

    Введите ваш email адрес:






  •  (голосов: 2)

    Оклеветанный Потёмкин

     Опубликовано: 5-05-2010, 12:55  Комментариев: (0)
    Оклеветанный ПотёмкинПравда о потемкинских деревнях известна историкам уже давно. Как и имя автора клеветнической биографии, публиковавшейся частями в журнале «Минерва» с 1797 по 1799 год и перепечатанной безо всякой проверки практически всеми европейскими издателями. Выяснилось, что статьи (без подписи) вышли из-под пера саксонского дипломата Гельвига. Едва ли он имел личное предубеждение против Потемкина. Скорее всего, просто исполнял социальный заказ. Но с его мнением поспешили согласиться многие недруги Светлейшего в России, и в первую очередь – Павел I. Причин для зависти и ненависти к фавориту императрицы было более чем достаточно. Он легко, почти шутя, получал блага, ради которых остальным приходилось годами топтаться у подножия трона. Он игнорировал многие светские условности. Пользовался; успехом у женщин. Одерживал блестящие победы на поле боя. Устраивал пышные приемы, блеск которых затмевал даже придворные празднества. По словам французского посланника, графа Сегюра, Потемкин был способен одновременно работать над десятком проектов, при этом не подавая виду, что он очень занят. Его положение при дворе не могли поколебать никакие сплетни и интриги. Екатерина II говорила о Потемкине: «Он был мой дражайший друг… человек гениальный. Мне некем его заменить!».

    Григорий Александрович Потемкин (1739–1791) принадлежал к старинному польскому роду, но его отец был всего лишь отставным майором: род давно обеднел и занимал не слишком значительное место среди мелкопоместного дворянства. Потемкин довольно рано начал проявлять способности к наукам, обучался в частном пансионе, а с 1756 года – в гимназии при Московском университете. В университете Потемкин зарекомендовал себя одним из талантливейших студентов, и в 1757 году был представлен императрице Елизавете Петровне в числе лучших воспитанников университета. Уже в это время он говорит своим товарищам о том, что хотел бы стать министром или архиереем. Учеба давалась Потемкину легко: он обладал фотографической памятью, быстро усваивал новые понятия, отличался прекрасным лингвистическим чутьем (владел французским и немецким языками, латынью, древнегреческим и старославянским)… Однако однообразные занятия вскоре ему наскучили, он перестал их посещать, и в 1760 году был исключен «за леность и нехождение в классы». Потемкин решил посвятить себя военной карьере и на следующий год поступил вахмистром в Конную гвардию и стал адъютантом принца Георга Голштинского, дяди императора Петра III.

    Впервые Екатерина II обратила внимание на молодого унтер-офицера во время дворцового переворота, 28 июня 1762 года, в котором он оказался замешанным благодаря дружбе с братьями Орловыми. Согласно семейному преданию, Потемкин заметил, что у Екатерины на сабле нет темляка, и предложил ей свое оружие. За участие в перевороте он был произведен в подпоручики, получил звание камер-юнкера и 400 душ крепостных. По тем временам – немного, но для двадцатитрехлетнего молодого человека и это явилось большим подспорьем. Вскоре Григорий Орлов стал замечать, что его тезка уделяет императрице слишком много внимания, да и она сама охотно проводит время, слушая его рассказы. В планы братьев Орловых это не входило: предполагалось, что после переворота Екатерина станет женой одного из них. Алексей и Григорий Орловы решили проучить дерзкого соперника. Разговор, происходивший на квартире у Потемкина, перешел в драку. По некоторым сведениям, именно тогда будущий фаворит получил тяжелое повреждение глаза. После этого он резко сменил линию поведения, удалился от общества и занялся науками. Почти полтора года он много читал, размышлял о прочитанном и вел почти монашеский образ жизни. Причиной, разумеется, было не полученное увечье, а разочарование в друзьях, которые, как оказалось, готовы были пожертвовать им ради собственных интересов. Затем он был призван ко двору. Императрица произвела его в камергеры, теперь Потемкина должны были титуловать «Ваше превосходительство». Однако он проявляет весьма небольшую заинтересованность в новом назначении, а с началом войны отправляется на фронт.

    В круг приближенных императрицы Потемкин вошел после целого ряда побед, одержанных во время русско-турецкой войны 1768–1774 годов (наиболее яркие из них – под Фокшанами, Ларгой, Кагулом). За успешные военные действия против турок он был награжден орденами Св. Анны и Св. Георгия. Его начальник, генерал Румянцев, в письме к императрице отзывался о Потемкине как о мужественном и храбром воине, который сражается не щадя себя. В одном из писем, датированном 1773 годом, императрица дала понять, что и впредь собирается поддерживать отношения с Потемкиным. В 1774 году он был отозван в Петербург, назначен генерал-адъютантом, вице-президентом Военной коллегии и возведен в графское достоинство. Считается, что именно с этого момента роман Потемкина и Екатерины II становится чем-то большим, нежели отношения фаворита с венценосной особой. Существует версия, что их союз был скреплен брачными узами (разумеется, венчание происходило тайно). А в 1775 году у них родилась дочь Елизавета, которая воспитывалась в семье А. Н. Самойлова – племянника Потёмкина (в метриках она значилась под именем Елизаветы Григорьевны Темкиной).

    Роман Екатерины II и Потемкина был исключительно ярким. Императрица осыпала фаворита милостями, награды ее были воистину «царскими»: звания, ордена, деньги и драгоценности сыпались золотым дождем. По свидетельствам современников, за десять лет (с 1774 по 1784 г.) им было получено наличными деньгами и драгоценными вещами 18 миллионов рублей. Он имел право обращаться в Казенные Палаты со своими требованиями. Практически все европейские государства представили Потемкина к высоким наградам – политики очень быстро сумели разобраться, что новый избранник Екатерины имеет на нее огромное влияние, выходящее далеко за пределы опочивальни. Пруссия наградила его «Черным орлом», Польша – «Белым орлом» и «Святым Станиславом», Швеция – «Святым Серафимом», Дания – «Белым слоном». А в марте 1776 года Потемкин получил титул князя Священной Римской империи (именно с тех пор его стали называть «Светлейшим» – от титулования «Ваша светлость»).

    В свою очередь, Потемкин изо всех сил старался быть полезным российской короне и той, которая эту корону носила. Он усмиряет восстание Пугачева, решает весьма важную на тот момент проблему Запорожской Сечи, ликвидировав вольницу и превратив Сечь в организованное войско, подвластное императрице. В 1776 году он становится генерал-губернатором Новороссийской, Азовской и Астраханской губерний. Получив это назначение, Потемкин занялся хозяйственным освоением и военным укреплением южно-русских земель. Он основал при устье Днепра город Херсон с корабельной верфью, руководил строительством Екатеринослава (современный Днепропетровск), занимался освоением Кубани. Результаты этой деятельности были высоко оценены потомками: некоторые из них полагали, что Потемкин сделал для юга России не меньше, чем Петр Великий – для севера.

    Проекты Светлейшего отличались смелостью и грандиозным размахом. Он одним из первых понял значение Крыма для России и писал Екатерине о необходимости его присоединения: «Крым положением своим разрывает наши границы… Положите же теперь, что Крым Ваш и что нет уже сей бородавки на носу – вот вдруг положение границ прекрасное…». Как только манифестом от 8 апреля 1782 года Крым был закреплен за Россией, Потемкин принялся осваивать новые земли. Он заложил военный и морской порт Севастополь, основав базу для создания Черноморского флота. Его отсутствие в столице создало благоприятную почву для появления новых фаворитов. Однако ни один из них не смог подняться в глазах Екатерины настолько высоко, чтобы Потемкин впал в немилость. Более того, некоторые исторические документы позволяют предположить, что Екатерина советовалась с князем относительно своих любовников и действовала с его полного согласия. Впрочем, он также не был верен императрице: сохранились любовные записки Потемкина к целой плеяде красавиц, а в воспоминаниях современников он и вовсе выглядит донжуаном. В этом нет ничего удивительного: при дворе (и не только российском) прекрасно умели разграничивать любовь и «вдохновение плоти».

    В 1784 году Екатерина произвела Потемкина в звание генерал-фельдмаршала, назначила президентом Военной коллегии и генерал-губернатором Крыма, называвшегося в те времена Таврической областью. А через три года императрица со свитой и приглашенными представителями европейских царствующих семей (среди которых был австрийский император Иосиф II) отправилась в инспекционную поездку на юг России.

    Потемкин сделал все возможное, чтобы эта поездка стала для венценосной возлюбленной приятной. Он позаботился и об экипажах, и о празднествах, устраиваемых по дороге (среди них были военные смотры, фейерверки, народные гуляния). «Путешествие Императрицы, – описывает сопровождавший ее принц де Линь, – можно назвать волшебством. На каждом почти шагу встречали мы нечаянное, неожиданное. Там видели эскадры, там конные отряды, там освещение, на несколько верст простиравшееся; здесь сады, в одну ночь сотворенные! Повсюду увенчалась Екатерина торжествами, изъявлениями благодарности, благоговения и восторгов». Но гораздо более сильное впечатление производило превращение недавно освоенных земель в цветущий край. В основанных им городах улицы были тщательно спроектированы, имелись церкви, больницы и школы. А в Севастополе – конечном пункте путешествия – императрицу и ее окружение приветствовал салютом флот из 40 военных кораблей. Граф Сегюр был в таком изумлении от увиденного, что написал: «Кажется непостижимым, каким образом Потемкин, попав в этот только что завоеванный край, на восемьсот миль удаленный от столицы, всего за два года сумел добиться столь многого: возвести город, построить флот, соорудить крепости и собрать такое множество людей. Это явилось подлинным чудом деятельных усилий». В Херсоне Потемкин создал военное училище, а в Екатеринославе даже планировал основать университет. Григорий Александрович хлопотал перед Екатериной II об устройстве в этом городе консерватории (почти за 80 лет до открытия ее в Петербурге). Кроме того, он проявил заботу о солдатах, смягчив воинский устав и введя удобную форму. Это нисколько не напоминает поведение временщика, всецело поглощенного идеей обогащения.

    Однако недоброжелатели упорно не хотели замечать очевидных успехов Потемкина. Слухи о том, что все виденное – фикция, прикрывающая многомиллионные растраты, достигли ушей императрицы. Светлейшего обвиняли в том, что деревни и дворцы, которыми любовалась из окна кареты Екатерина II, сделаны из картона и гипса. А жизнерадостные поселяне, набранные из числа крепостных, якобы перевозились с места на место по мере продвижения высоких гостей. Когда же необходимость в их услугах отпала, Потемкин будто бы обрек сотни тысяч людей на голодную смерть, оставив их посреди степи. Императрица поспешила утешить Потемкина: «Между Вами и мной, друг мой, разговор короток. Вы мне служите, я Вам благодарна. Вот и все. Что до Ваших врагов, то Вы Вашей преданностью мне и Вашими трудами на благо страны прижали их к ногтю». Потемкину был присвоен титул Светлейшего князя Таврического.

    С началом русско-турецкой войны (1787–1791) Потемкин вновь берется за оружие. Под его предводительством был взят Очаков. Произошло это в день Святого Николая-чудотворца (6 декабря 1788 г.), и в ознаменование победы и для защиты отвоеванных земель князь основал город Николаев. Возвратившись в Петербург, Потемкин был встречен с триумфом. Императрица наградила его лавровым венком, специально изготовленным фельдмаршальским жезлом, а также орденом Святого Александра Невского.

    В 1789–1790 годах он продолжил участие в военных действиях, проявляя недюжинный талант не только в воинском деле, но и в подборе кадров. Именно он помог выдвинуться Суворову, поручая ему самые ответственные участки. В ходе войны были одержаны победы при Фокшанах и Рыбнике, на реке Салче, а сам князь Таврический овладел Бендерами. В 1790 году он получил титул гетмана казацких Екатеринославских и Черноморских войск. Из штаба, перенесенного в Яссы, Потемкин руководил кампанией, принесшей взятие Измаила, Килии и разгром турецкой эскадры под Керчью. Недавно созданный Черноморский флот прекрасно проявил себя, вопреки клеветникам, утверждавшим, что все суда выстроены из гнилого дерева и не продержатся на воде и двух дней.

    В феврале 1791 года Потемкин последний раз в жизни посетил Петербург. В подаренном ему Таврическом дворце он устроил пышный праздник в честь Екатерины, которому суждено было стать прощальным. Затем он вернулся на юг, чтобы продиктовать условия мира Константинополю. К тому времени здоровье его сильно пошатнулось. В Яссах Потемкин почувствовал сильное недомогание, приказал отвезти себя в Николаев, но по дороге скончался. Светлейшего князя похоронили в основанном им Херсоне, соорудив над могилой красивый склеп. В 1798 году, при новом императоре Павле I, ненавидевшем фаворита матери, этот склеп был разрушен, и останки покойного исчезли.

    Оклеветанный и при жизни, и после смерти, князь Потемкин, тем не менее, был одним из выдающихся государственных деятелей XVIII века. И что бы ни говорили о «потемкинских деревнях», выстроенные им города существуют и сегодня – как самый долговечный памятник Светлейшему.





    Понравилась статья?
    Не жадничай – поделись ею со своими знакомыми и друзьями!

    html-cсылка:

    BB-cсылка:

    Прямая ссылка:

    Этот материал также можно обсудить и на форуме

    Информация

    Неавторизованные пользователи не могут оставлять комментарии к данной статье. Для того чтобы оставить коментарий войдите на сайт как зарегестрированный пользователь, или зарегестрируйтесь.