Главная Контакты В избранное
  • «    Апрель 2017    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     
    1
    2
    3
    4
    5
    6
    7
    8
    9
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
    23
    24
    25
    26
    27
    28
    29
    30

    Не забудьте подписаться на нас!

    Введите ваш email адрес:






  •  (голосов: 3)

    Внимая мысли быстротечной…

     Опубликовано: 23-04-2010, 22:35  Комментариев: (0)
    Внимая мысли быстротечной…
    «Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что»
    – Думайте! Сосредоточьтесь, пожалуйста…

    Голос Тофика Дадашева напряжен. Его глаза крепко завязаны; кроме того, на голову надет черный мешок из плотной материи. Руки вытянуты вперед, пальцы растопырены и словно нащупывают в воздухе невидимые нити. Сзади, в нескольких шагах, находится человек, доброволец из зрителей, пожелавший вместе с ним провести опыт. Он думает о своем задании, а экспериментатор должен воспринять мысли незнакомого партнера и выполнить его приказания.

    Никто в зале не знает этого задания. Никто. Оно лишь для контроля записано автором на листке бумаги, и жюри потом прочтет его всем: правильно ли выполнено.

    – Думайте. Не отвлекайтесь!

    Зал замирает: Дадашев, пройдя по проходу (партнер неустанно следует за ним), неожиданно останавливается возле одного из рядов. Постояв, быстро проходит вдоль него, нащупывает плечи кого-то из сидящих у стены, просит пройти на сцену. Сеанс близится к развязке.

    – Думайте! – говорит Дадашев партнеру. – Задание, я чувствую, еще не выполнено. Думайте!

    Вдруг он одним движением вынимает из правого кармана пиджака мужчины записную книжку и начинает ее торопливо листать.

    – Здесь, на этой странице, – говорит он, останавливаясь, – записан телефон, который я должен прочесть. Он третий сверху. Но я не вижу. Прочтите сами.

    Случайный партнер Дадашева настолько взволнован, что не сразу может начать говорить.

    – Правильно, правильно… – кивает он головой и разводит руками.

    Зал взрывается восторженными криками и аплодисментами. Поднимается председатель жюри и раскрывает аккуратно сложенную бумажку.

    – Минуту внимания. В записке сказано: «В антракте я дал свой новый служебный телефон моему товарищу. Он находится в зале. Найти его. Привести на сцену. Взять записную книжку из кармана его пиджака, раскрыть на букву С и указать этот телефон». Задание даже перевыполнено. Надо было не прочесть номер телефона, а лишь указать его.

    – Я потом мысленно дополнил задание… – извиняется зритель.

    В зале снова гремят аплодисменты.

    Эпизод этот – рядовой в опытах, которые проводит артист Москонцерта Дадашев. Он делает эксперименты и сложнее. Так было не раз на гастролях в Баку и Воркуте, Красноярске и Сыктывкаре, Куйбышеве и Горьком, где он демонстрировал удивительные возможности психологического контакта с людьми. Но путь к раскрытию своих способностей, овладению ими был не простым для Тофика Дадашева и не коротким. На это ушли годы, хотя сейчас ему только 25 лет.

    Встреча с тайной
    В многодетной бакинской семье мальчик рос без отца. Особенного достатка не было. Но учился Тофик неплохо, с удовольствием слушал, как его любима преподавательница литературы мастерски, будто актриса, читала наизусть отрывки из классиков. Однажды (было ему тогда лет четырнадцать-пятнадцать) во время такого чтений вдруг подумалось: «А разве не может учительница ошибиться?» Конечно, может! «Ошибись! Ошибись…» – невольно затвердил он про себя. И произошло невероятное. Преподавательница стала запинаться. Не в силах продолжать, она в недоумении вышла из класса. Не мог ничего понять и растерявшийся Тофик. Неужели он может делать что-то неведомое для себя и тем более для других? Так возникла жгучая тайна, которую он решил раскрыть во что бы то ни стало. Последовали проверки. Тофик научился отгадывать, каким будет домашнее задание. «Что это? – мучился подросток. – Случайное совпадение или я действительно умею внушать другим свои желания, читать их мысли?» Сомнения усиливались отдельными неудачами. Поэтому, боясь показаться смешным, он «никому не говорил о своем открытии.

    Как-то Тофик попробовал бессловесным внушением уладить конфликт между сверстниками. И что же? Задиру удалось легко усмирить.

    Позже Дадашеву понравилось заглядывать в городскую бильярдную и наблюдать за игроками. Появлялись тут и надменно важные «мастеpa» кия. Тофик их не переносил. Прикидываясь простаками, они обыгрывали новичков, заставляли их платить немалые деньги. Тогда юноша решил проучить шулеров. Угадывая замысел какого-либо из таких «мастеров», Дадашев незаметно, словно вкрадываясь в его дух и плоть, производил с ним как бы внутреннюю стыковку и затем заставлял бильярдиста расслабиться, рассредоточиться так, что тот в течение 10-15 минут не мог забить ни одного шара в лузу. «Король» бильярда бесился, кидал на пол и в ярости топтал ногами кий. А тем временем новичок выигрывал.

    Восемнадцатилетний юноша уже не удивлялся таким событиям. Даже во время занятий боксом, на ринге, успевал он в азарте боя улавливать скрытые замыслы «противника» и предотвращать их. При разборке поединка тренер и бывший соперник раскрывали рты от удивления, когда Тофик шаг за шагом излагал то, что задумывал перед боем наставник и пытался выполнить его ученик-спортсмен.

    Бокс, несмотря на успехи, недолго увлекал Дадашева. В Киеве во время учебы в радиотехническом техникуме произошло то, что решило его судьбу. Тофик увидел выступление Вольфа Мессинга и понял – он может делать то же самое, что и знаменитый артист. Больше того, Тофик сразу почувствовал свою особенность – стремление уходить от контакта со зрительным залом и от непосредственного физического соприкосновения с мысленным собеседником. Отсюда потом возникла необходимость работать в маске, чтобы не видеть мешающую сосредоточиться публику.

    Испытания
    По природе Тофик Дадашев очень требователен к себе, скромен до застенчивости. Ему пришлось преодолеть немало сомнений, когда он надумал ехать в Москву, чтобы попытать там счастья и обратить на себя внимание специалистов.

    Комиссий и экзаменов было множество. Убедить компетентные инстанции в том, что он владеет секретами гипноза, Дадашеву не составило труда. Членам одного из жюри было дано задание оказать сопротивление любому предполагаемому мысленному внушению. Но вызванный на сцену из их числа человек повел себя под взглядом будущего артиста довольно странно. Он садился то на пол, то на стул, попытался сплясать «Казачка», а затем начал снимать галстук. После сеанса его спросили, почему он все это делал. «Сам не пойму, – ответил специалист. – Мной словно руководила какая-то чужая воля. Я не находил силы сопротивляться ей…

    Сложнее было со способностью Дадашева воспринимать мысли других людей. Его проверяли криминалисты и работники милиции. Следователь разложил на столе 50 фотографий. Задание предстояло трудное. Нужно было найти портреты трех людей, находившихся в тот момент под стражей. Перетасовав снимки, как колоду карт, Дадашев отошел с ними к окну и стал рассматривать. Его обступили специалисты. Тофик не торопясь откладывал фотографии одну за другой. Потом он признался, что отчетливо «слышал» мысли окруживших его людей. Экспериментатор оставил у себя четыре портрета.

    – Вот эти трое, – сказал он следователю, – вами уже обезврежены, а четвертого вы подозреваете в преступлении и сейчас ищете.

    Присутствующие были потрясены. Предугадать такой результат никто не мог. Способности Дадашева превзошли все ожидания.

    Проверки продолжались. Ему завязывали глаза и вводили в большое помещение, где находилось множество вещей. Надо было выбрать ту, которую задумывали экзаменаторы. И Тофик ни разу не ошибся. В огромной библиотеке, среди бесчисленных стеллажей, он отыскивал по мысленно продиктованному заданию нужную книгу, открывал ее на требуемой странице и прочитывал данную фразу или слово. Он набирал на телефонном аппарате загаданный другими номер и вызывал по имени совершенно незнакомого ему человека.

    … Художественный совет Москонцерта единогласно решил: Дадашев может выступать на сцене со своими психологическими опытами!

    Необычная тренировка
    Тот, кто хоть раз побывал на психологических опытах Дадашева, надолго запоминает его выступление. Даже скептически настроенная публика после второго, третьего опыта начинает глубоко задумываться над скрытыми свойствами человеческой натуры. Вот буквально на глазах прочитана одна мысль, не представила тайны другая и третья… А Дадашев за один вечер часто выполняет до 15 сложных заданий!

    Понятно, случаются и неудачи. Тонкий эксперимент порой завершается неполно из-за чьих-то нарочитых помех, глохнет, как радиопередача среди шумов в эфире. Многое зависит и от настроения, состояния здоровья, физической подготовки самого экспериментатора, от того довольно неясного, но тем не менее крайне важного обстоятельства, которое мы называем «быть в форме». Вот тут и начинается разговор о ежедневных психологических тренировках Дадашева.

    … Легкий утренний завтрак, часто по строгой диете, – и скорее на улицу, в центр города, в метро, где гуще людская толпа. Там никто не помешает, не пристанет с расспросами, там лучше всего можно сосредоточиться. Начало – с энергичных мускульных сокращений. Сильное напряжение мышц подбородка и в районе солнечного сплетения, шеи и брюшного пресса рождает первый «внутренний нервный ток», который затем самовозбуждается, становится мощнее. Рядом идет человек, задумался. О чем? Какое-то ощущение мелькнуло, но контакта не получилось. Надо снова вернуться к разминочным движениям. На этот раз «внутренний ток» легче возбуждается. Еще проба. И уже есть контакт. Удалось поймать общее состояние молчаливого собеседника: он плотно поел, торопится стать в очередь к цистерне с квасом. Четко ощущается его жажда, замечаешь, как он, опаздывая на службу, меняет решение – лучше выпить лимонаду в институтском буфете – как раз открылся… Все верно! Это уже радость. А она дает многое. Теперь проще подняться на следующую ступеньку. И так – вверх, вверх… Постепенно. Часами. Наконец, вот оно, то состояние необыкновенной силы, внутреннего упоения, которое позволяет словно парить над землей, не чувствуя собственных шагов по тротуару…

    Для справки. Дадашев обладает удивительной способностью управлять своим организмом. По желанию он может, например, впасть в состояние каталепсии. Тело его напрягается и теряет чувствительность, мускулы замирают в оцепенении, он не чувствует боли от уколов, пульс почти пропадает, а дыхание едва обнаруживается. Но в головном мозгу всегда бодрствует сторожевой центр, готовый вернуть организм в нормальное состояние в любой момент.

    Шаги за горизонт
    После объявления конферансье «Концерт окончен!» для Дадашева начинается, как правило, неофициальная встреча со зрителями. Возникает любопытная беседа, полная неожиданных вопросов.

    – Вы можете прочитать мысли партнера (индуктора), находящегося в другом здании или даже в другом городе?

    – Нет. Я работаю на расстоянии всего нескольких метров, причем, чувствую величину дистанции. Поэтому, когда мешают в зале, прошу индуктора подойти ко мне ближе, чтобы сигналы стали сильнее.

    – А какие это сигналы!

    – Эмоциональные, образные, импульсные. Если же задумывают цифры, то они иногда представляются мне как бы нарисованными.

    – Значит, можно читать мысли иностранца, не зная языка?

    – Да. Однажды меня пригласили в Центральный Дом культуры медицинских работников. В то время у нас в стране гостили американские ученые. Кстати, среди них были и те, кто присутствовал на телепатических опытах, проводимых космонавтом Митчеллом. Летя к Луне, он пытался мысленно передать на Землю изображение известных карт Зенера. Говорят, удачно. Так вот, заокеанские гости решили поэкспериментировать со мной. Их представительница – женщина, не знавшая по-русски, – давала мне мысленные задания на английском языке, на котором я не говорю. Задание ее я выполнил так же, как и обычно, и, кроме того, почти правильно, с небольшой ошибкой, назвал имя, о котором она думала: не «Джонс», как надо было, а «Джон». Об этом подробно написано в одном из американских научных журналов. Обозвали там меня почему-то ясновидцем… Вообще-то, я против всяких сверхъестественных и необъяснимых вещей. Я с удовольствием помог бы специалистам в их исследовательской работе. На мой взгляд, стоит смелее и энергичнее делать шаги в неведомое, за горизонт современных знаний. Надо ставить психологические опыты и тщательно исследовать их результаты, чем занимались и призывали заниматься Павлов, Бехтерев, Сеченов, Бутлеров, Менделеев, Лазарев, Циолковский, Васильев и многие выдающиеся ученые.

    – Какие психологические опыты сложнее, какие проще?

    – Я делю их для себя на несколько категорий. Первая, самая легкая. Надо отыскать спрятанный предмет в зале, когда все знают, где он находится. Не знаю лишь я и, как обычно, на расстоянии, без контакта с индуктором, с завязанными глазами, по его мысленному указанию обнаруживаю этот предмет. Почему такой опыт легкий? Правильность получаемой мною информации от индуктора нетрудно проверить по живой реакции публики. Дальше. Вторая категория. Это когда никто не знает, кроме индуктора, где, скажем,
    находится в зале тот человек, у которого спрятан отыскиваемый предмет. Здесь очень важна обстановка в аудитории, ее доброжелательность, наконец, тишина. Малейшая помеха – как невольная, так и преднамеренная – часто заставляет начинать все сначала. Но труднее всего приходится на выступлениях, когда выполняешь произвольные задания по запискам под контролем жюри.

    Опыты, которые демонстрирует Тофик Дадашев, относятся к разряду явлений, затрагивающих большие потенциальные возможности человеческого организма. И если поразмыслить над этим серьезно, тогда по-новому прозвучит для вас во время выступления Дадашева его голос:

    – Думайте! Сосредоточьтесь, пожалуйста…

    Александр Викториньев.


    Чудеса мнемотехники
    Статью Л. Викториньева «Внимая мысли быстротечной…» комментирует инженер Ю. Филатов.

    Для того чтобы правильно оценить сведения, сообщенные в очерке Александра Викториньева, следует четко разделить их на две группы. В первую входят собственно психологические опыты Т. Дадашева – выполнение им двигательных заданий, диктуемых мысленно кем-нибудь из зрителей. Такие опыты он демонстрирует регулярно, и в реальности их может убедиться каждый. Гораздо таинственней вторая группа – уникальные способности Дадашева, позволяющие ему проникать в духовный мир и мысли окружающих его людей, влиять на их самочувствие, настроение и даже поведение. К сожалению, об этих способностях мы знаем, в основном, лишь со слов самого Дадашева. В столь малоисследованной области всякая попытка объективного изучения будет представлять огромную ценность для науки.

    Не беря на себя смелость делать подобную попытку, ограничимся более скромной задачей – познакомим читателей, хотя бы вкратце, с историей и техникой увлекательного артистического номера – «угадыванием мыслей на расстоянии». Советские исследователи иллюзионного искусства А. Вадимов и М. Тривас, авторы очень интересной книги «От магов древности до иллюзионистов наших дней», считают, что изобретателем этого оригинального трюка был итальянский фокусник Пинетти. Так, в 1734 году лондонская театральная афиша в типичном для того времени витиеватом стиле возвещала: «… с особым почетом и удовлетворением кавалер Пинетти покажет различные эксперименты с новыми открытиями, не менее невероятные, чем кажущиеся невозможными, в частности то, что мадам Пинетти, сидя на одном из последних мест с платком на глазах, отгадает все, что будет предложено ей любым из собравшихся». Секрет же фокуса был прост: Пинетти – ассистент – и его супруга – медиум – пользовались условным, хитроумно разработанным кодом, который позволял незаметно для неискушенной публики передавать необходимые сведения. Гастролирующие иллюзионисты быстро оценили находку Пинетти, и впоследствии образуется целый клан артистов, работающих в так называемом жанре мнемотехники. Чаще всего артисты для вящей убедительности выдавали себя за «настоящих телепатов». В дореволюционной России на эстраде процветали всякого рода ловкачи: «гений телепатии» Шавалье Анд-реже, При-Тель-Фай и другие. Даже «семилетнюю мадемуазель Люси» заставляли заниматься «отгадыванием чужих мыслей». Справедливости ради заметим, что многие фокусники были вынуждены демонстрировать эти номера как мистические, – в конце XIX – начале XX века среди части интеллигенции стало модным увлечение оккультизмом. Например, довольно известный иллюзионист Александр Сяк, «идя навстречу пожеланиям публики», дополнял свою и без того обширную программу выступлениями своей жены – «мадам Наиндры – медиума, сомнамбулы, ясновидящей, отгадывательницы мыслей».

    После революции качество эстрадных представлений резко повысилось, изменилось и отношение к мнемотехнике. Теперь артисты стараются использовать увлекательный номер для пропаганды знаний. Еще в 30-х годах иллюзионисты Бертроф (Берестецкий и Трофимов) применили новую в то время компактную радиотелефонную аппаратуру. Наглядно демонстрируя ее возможности, они тем самым популяризировали достижения техники. Большое культурное значение имели выступления Инзы Сун и Георгия Агафонова. Зрители шепотом сообщали Агафонову фамилию какого-либо известного деятеля искусства, а «живая энциклопедия» Сун, находящаяся на сцене, тут же отгадывала имя и, больше того, подробно рассказывала о творчестве выдающегося человека. Не менее оригинально были построены номера Розалии и Георгия Греголи. В социалистических странах получили заслуженное признание мастера мнемотехники Даниелли (Венгрия), Гард-Рихтер (Чехословакия), Петер и Мариан Вейганд (ГДР) и другие.

    Явив миру отточенное мастерство артистов, мнемотехника привела к тому, что широкая публика стала относиться и к взаправдашним психологическим опытам, как к ловко подстроенным, заранее отрепетированным спектаклям с подставными лицами. Причем ничуть не учитывалось, что на опытах в отличие от иллюзионных номеров угадываются только двигательные задания. В этой связи вспоминается курьезный случай, происшедший на выступлении Вольфа Мессинга в Центральном клубе железнодорожников. Очередной доброволец из публики, молодая девушка, передала, как водится, комиссии записку с содержанием задания и взяла артиста за руку. Тот после нескольких метаний, сопровождаемых внушительными приказами «думайте!», наконец, решительно направился в последний ряд и вывел оттуда на сцену пожилого человека, судя по всему приехавшего из пригорода. Затем бесцеремонно залез к нему в карман, вытащил конфету и угостил девушку, которая, кстати заметим, все время держала артиста за руку. Комиссия огласила записку – задание было полностью выполнено. Зрители привычно зааплодировали, а пожилой человек вдруг побледнел и, судорожно глотнув, воскликнул: «Чудо! Перед нами – чудо! Поверьте, я совершенно не знаю эту девушку. Я подошел к ней и сказал: «Вот я кладу в карман конфету, дайте задание Мессингу, пусть отыщет ее».

    Как ни парадоксально, мгновенный переход этого зрителя от недоверия к происходящему к вере в чудо объясняется только тем, что в психологическом опыте он не обнаружил доступной его разуму формы подсказки. И все-таки подсказка здесь была – правда, необычная, требующая от актера феноменальной чувствительности. И подсказывает ему, сам того не подозревая, тот зритель, который играет роль индуктора.

    Я недаром упомянул, что девушка держала руку Мессинга во время всего сеанса. Физиологи знают: мыслительные процессы в мозгу человека сопровождаются едва уловимыми бессознательными движениями различных мышц – идеомоторными актами. Наблюдая за действиями исполнителя, девушка невольно подсказывала ему, когда он поступает верно («горячо»), а когда нет («холодно»). Разумеется, нужна натренированная наблюдательность, чтобы уловить незаметные мускульные сокращения руки. На важную роль идеомоторных актов указывал еще И. М. Сеченов. В прошлом веке психологические опыты (подобные тем, которые у нас показывали В. Мессинг, М. Куни, Е. Виноградов, К. Гуревич-Николаев) демонстрировали американец Браун, англичане Кумберлэнд и Бишоп, немец Фельдман и другие.

    Ну а теперь о самом интересном. В конце представления Мессинг обычно давал коронный номер – объявлял, что индуктору вовсе не обязательно держать его за руку. Индуктор может просто идти рядом с ним и думать о задании. Номер, как правило, удавался на славу (правда, с заметным напряжением), а зрителям оставалось лишь гадать о причине успеха. Однако и здесь вся соль в тех же идеомоторных актах. Образно говоря, на смену телеграфному кабелю пришла беспроволочная связь. Ведь идеомоторные акты возникают не только в мышцах рук, а во всей двигательной системе человека. Подсказать правильное решение могут хотя бы ничтожно малые непроизвольные движения лицевых мускулов. «Но Тофик Дадашев выступает с плотной повязкой на глазах», – возразит читатель. Что ж, глаза закрыты, зато уши открыты. Аналогичный номер нередко демонстрировал и Мессинг. Двенадцать лет назад он писал в «Технике – молодежи» (см. № 12 за 1961 год): «Не нужно думать, что лишь рука индуктора является «компасом». Я часто выполняю мысленные задания без непосредственного контакта с индуктором и даже с завязанными глазами. Здесь указателем мне может служить частота дыхания индуктора, биение его пульса, тембр голоса, характер походки и т.д. То, что мои глаза завязаны, больше всего действует на аудиторию. Мне же работать с завязанными глазами даже удобнее: я лучше сосредоточиваюсь».

    Ну а если медиуму не только завязать глаза, но и заткнуть уши? Все равно каналы притока информации остаются. Сигналы-подсказки могут поступать в виде вибраций, запаха, тепла и т.д. – все-таки у нас целых пять органов чувств. Ну а если перекрыть все каналы? Тогда, пожалуй, можно говорить о чистом восприятии мыслей. Но такой эксперимент трудно осуществить – артиста придется поместить в вакуум, да еще в состоянии невесомости. Куда проще поступить так: завязать глаза не медиуму, а индуктору, чтобы он не видел, правильно или нет действует исполнитель. Конечно, о содержании задания нельзя преждевременно уведомлять зрителей, иначе они невольно подскажут медиуму решение. И еще, кроме двигательных заданий, артист должен угадать задуманное индуктором слово, образ, мысль.

    В заключение отметим следующее. Сам Тофик Дадашев говорит не о поступающих извне сигналах, а о неизвестно откуда возникающих в голове намерениях (пойти туда-то и сделать то-то). Это указывает на то, что сигналы автоматически перерабатываются подсознанием и являются в сознание в виде готового решения. С подобным явлением мы сталкиваемся на каждом шагу – вспомните о неконтролируемых свойствах человека: «чутье» конструкторов, вдохновении поэтов, прозорливости полководцев. Слов нет, Тофик Дадашев – несомненный талант, он виртуозно улавливает сигналы без контакта с индуктором. (Я уж не говорю о других, более загадочных способностях Дадашева, которые, как решено с самого начала, не затрагиваются в данной статье.) В отличие от многих признанных мастеров эстрады он выполняет этот труднейший номер легко, без видимого напряжения. И его феноменальные способности, разумеется, требуют самого тщательного изучения.





    Понравилась статья?
    Не жадничай – поделись ею со своими знакомыми и друзьями!

    html-cсылка:

    BB-cсылка:

    Прямая ссылка:

    Этот материал также можно обсудить и на форуме

    Информация

    Неавторизованные пользователи не могут оставлять комментарии к данной статье. Для того чтобы оставить коментарий войдите на сайт как зарегестрированный пользователь, или зарегестрируйтесь.